WWW.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
-- [ Страница 1 ] --

Федеральное агентство по образованию РФ

Владивостокский государственный университет

экономики и сервиса

_

Н.Г. МИЗЬ

А.А.

БРЕСЛАВЕЦ

КОРЕЯ – РОССИЙСКОЕ ПРИМОРЬЕ:

ПУТЬ К ВЗАИМОПОНИМАНИЮ

Монография

Владивосток

Издательство ВГУЭС

2009 ББК 63 М 57 Ответственный редактор:

Т.И. Бреславец, канд. фил. наук, профессор Дальневосточного государ ственного университета Рецензенты:

С.К. Песцов, д-р полит. наук, профессор Дальневосточного государ ственного университета;

И.А. Толстокулаков, канн. ист. наук, доцент Высшего колледжа корееве дения Дальневосточного государственного университета Мизь, Н.Г., Бреславец, А.А.

М 57 КОРЕЯ – РОССИЙСКОЕ ПРИМОРЬЕ: ПУТЬ К

ВЗАИМОПОНИМАНИЮ: монография. – Владивосток:

Изд-во ВГУЭС, 2009. – 204 с.

ISBN 978-5-9736-0114- Настоящая книга освещает процессы иммиграции корейцев на Дальний Восток России с 1860 по 1917 гг. В ней представлены статистиче ские данные и редкие документы, публикующиеся впервые. Авторы опре деляют периоды иммиграционных потоков и характеризуют каждый из них. Шесть периодов рассказывают об образе жизни в российском Примо рье, корейских жилищах, хозяйственном укладе, сельскохозяйственном производстве, предпринимательской деятельности, участии в военных действиях, взаимоотношениях с Русской православной церковью и рус ским населением, политической, социальной и культурной деятельности корейцев в Приморье. Последняя глава посвящена приморским памятни кам и памятным местам, связанным с корейцами. Книга имеет научный характер, однако может быть интересной и полезной не только для спе циалистов, но и для широких кругов общественности.

ББК «Korea – Russian Primorye: the Way to the Mutual Understanding» is about the history of Korean migration to the Russian Primorye since 1860 till 1917.

Authors define the periods of the migration’s flows and characterize each of them. Six periods tell us about Korean culture, life style, food production, living buildings, housekeeping, business, fighting on the wars, political, social and cultural activity in Primorye. The role of Koreans in history of Russian Primorye was pretty important. Among them were some persons who actively participated in economic and cultural development (artists, theater, different art performances) of Russia and in fighting against enemies of Tsar’s Russia and Soviet Union. Last chapter is de voted to the Korean heroes and memorials for them in Primorye. This book has a scientific essence and can be read by specialists and students. It is interesting and easy for reading.

© Издательство Владивостокский государственный университет экономики и сервиса,

ОГЛАВЛЕНИЕ

ПРЕДИСЛОВИЕ

ВВЕДЕНИЕ

КОРЕЙСКОЕ ПЕРЕСЕЛЕНИЕ

НА ДАЛЬНИЙ ВОСТОК РОССИИ

РОЛЬ КОРЕЙСКОГО НАСЕЛЕНИЯ В ОСВОЕНИИ И

РАЗВИТИИ ЮЖНО-УССУРИЙСКОГО КРАЯ

КУЛЬТУРА КОРЕЙЦЕВ ЮЖНО-УССУРИЙСКОГО КРАЯ......... УЧАСТИЕ КОРЕЙЦЕВ В ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЯХ

КОРЕЙЦЫ И СОВЕТСКАЯ ВЛАСТЬ

ПАМЯТНИКИ И КОРЕЙСКИЕ ПАМЯТНЫЕ МЕСТА................ ЗАКЛЮЧЕНИЕ

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

ПРИЛОЖЕНИЕ

Приложение 1. Воспоминания Пак Чен Лима

Приложение 2. СПИСОК КОРЕЙСКИХ СЕЛЬСОВЕТОВ И СЕЛЬОБЩЕСТВ ПРИМОРСКОГО ОКРУГА

Приложение 3. ФОТОАРХИВ

ПРЕДИСЛОВИЕ

Перед Вами, читатель, новая книга приморских специали стов – учeных и краеведов, – посвящeнная российско-корейскому содружеству, в той его уникальной части, которая составляет практически всю историю русского Приморья, с 1860 г., потому что уже через 4 года сюда мирно пришли первые корейские посе ленцы. С того времени вот уже почти 150 лет судьбы наших на родов тесно переплетены.

В этой полуторавековой истории были разные страницы, но, как мне представляется, неизменными были чувства взаимной симпатии наших двух народов. В книге прослеживается весь ис торический период соседства русских и корейцев на земле рус ского Приморья, но все же главный ее пафос – это будущее на ших народов здесь, которое перед памятью ушедших поколений заставляет нас ценить, укреплять и развивать нашу дружбу.

28–30-го сентября 2008 г. президент Республики Корея Ли Мн Бак посетил Российскую Федерацию с официальным визи том. В ходе переговоров стороны подтвердили свою заинтересо ванность в развитии многоплановых российско-корейских отно шений и высказали решимость поднять двустороннее взаимодей ствие до уровня стратегического партнерства. Это закономерно.

И не только потому, что Ли Мн Бак – один из первопроходцев российско-южнокорейского сотрудничества, неоднократно бы вавший в нашей стране еще до установления дипломатических отношений в 1990 г. и имеющий здесь много давних личных дру зей. И географией, и историей (о чем убедительно свидетельству ет эта книга) нашим народам предписано совместно решать мно жество общих задач. Россия и Республика Корея обрели во мно гом новые возможности, чтобы вносить в такую работу куда бо лее весомый вклад, чем еще 15 лет назад. Россия вернулась на мировую арену как сильное государство – государство, с кото рым считаются и которое может постоять за себя. Без России и вопреки ей нельзя сегодня решить ни одной сколько-нибудь зна чимой проблемы.

Это хорошо понимают в Республике Корея. Неслучайно в своем выступлении в Санкт-Петербургском государственном университете 30-го сентября 2008 г. президент Ли Мн Бак под черкнул: «Я верю, что на Россию, объединяющую в себе Европу и Азию, простирающуюся от Тихого до Атлантического океана, возложена миссия стать ведущей силой новой цивилизации XXI века».

Другими словами, будущее нашего мира не в «столкновении цивилизаций», как это предрекал С. Хантингтон, а в «цивилиза ции взаимодействия, равноправия и кооперации стран и наро дов». С этой точки зрения появление такой интересной книги можно только приветствовать.

ВВЕДЕНИЕ

В настоящем издании используются редкие документальные свидетельства, характеризующие различные направления взаи модействия корейского и российского населения в Южно Уссурийском крае начиная с 60-х годов XIX в.

Цель данной работы – предоставить читателям возможность познакомиться с малоизвестными сведениями и фактами, отра жающими чрезвычайно важный период истории Приморского края, когда значительная часть его населения была представлена выходцами из Кореи. Роль и значение корейской диаспоры в ис тории Российского Дальнего Востока отражены в большом коли честве опубликованных трудов, однако еще остаются малоизу ченные вопросы и темы.

В предлагаемой работе, на примере конкретных событий, а также судеб отдельных личностей, прослежено взаимодействие представителей российского и корейского населения в различных обстоятельствах жизни и деятельности, в культуре и просвеще нии, в военных и государственно-политических событиях, дру гими словами, раскрыто национальное содружество.

Авторы выражают искреннюю благодарность всем тем, кто принимал участие в создании этой книги: научному и ответст венному редакторам, нашим спонсорам в Корее и России, издате лям, коллегам и друзьям, с кем мы обсуждали концепцию и мате риал, кто разделял наши идеи, надежды и мечты. Особую призна тельность мы выражаем сотрудникам Государственного архива Приморского края за методистскую и практическую помощь в поиске документов и материалов по разрабатываемой теме.

Тексты, цитируемые в книге, приведены с сохранением стиля и орфографии оригинала.

КОРЕЙСКОЕ ПЕРЕСЕЛЕНИЕ

НА ДАЛЬНИЙ ВОСТОК РОССИИ

Несмотря на значительное количество опубликованных работ по этой теме, до сих пор встречаются разночтения о времени по явления корейцев в Южно-Уссурийском крае. Подавляющее большинство авторов утверждает, что переселение крестьянских семей на постоянное жительство из Кореи в Приморье началось после заключения между Россией и Китаем Айгуньского и Пе кинского договоров. На условиях регистрации и подчинения пе реселенцев русским законам они гарантировали подданным Цин ской империи, оказавшимся на российской территории, непри косновенность проживания и возможность ведения традиционно го хозяйства, не предусматривали каких-либо ограничений даль нейшего проникновения в регион китайских мигрантов. В свою очередь, корейская иммиграция была вызвана тяжелыми усло виями жизни корейцев в своей стране (сказывались недостатки земли и продовольствия) и их надеждой на справедливость и «могущество белого царя» как «спасителя корейцев от всех бед и избавителя от дикого страшного произвола деспотичных и алч ных правителей»1.

Активности корейского переселения чрезвычайно способст вовал закон «О правилах для поселения русских и иностранцев в Амурской и Приморской областях Восточной Сибири», подпи санный императором Александром II 27-го апреля 1861 г. Закон разрешал селиться здесь всем, в том числе и иностранцам, при соблюдении обязательных условий, предусмотренных 12 статья Пак Б.Д. Корейцы в Российской империи (Дальневосточный пе риод). – М., 1993.

ми закона. По мере поступления в Корею сведений о вышедшем законе и о предоставляемых в нем льготах для переселенцев, по являлись желающие перебраться в Россию. Несмотря на серьез ные трудности и практически полное отсутствие легальных воз можностей переселения из Кореи в Россию, иммиграционный процесс начался в 60-е годы XIX столетия и продолжался с раз ной степенью активности в течение почти полувека.

В иммиграции корейцев на Дальний Восток России можно выделить следующие шесть этапов.

Первый этап (1860–1884 гг.) охватывает период от присое динения Россией Уссурийского края и установления российско корейской границы и до начала дипломатических отношений ме жду Россией и Кореей (25-го июня 1884 г.).

На этом начальном этапе переселение осуществлялось целы ми семьями, в основном многодетными, которые представляли беднейшее крестьянство, доведенное до отчаяния непомерными налогами, стихийными бедствиями и видевшее свое единствен ное спасение в переселении в Россию. Согласно архивным источ никам, первые переселенцы из Кореи «четырнадцать семейств в числе 65 душ обоего пола» перешли на русскую территорию в январе 1864 г.1 и образовали село Тизинхэ. В 1867 г. в Посьет ском районе уже проживало 1415 чел. корейских иммигрантов2.

Из перешедших в Южно-Уссурийский край зимой 1869–1870 гг.

6543 чел. подавляющее большинство (более 80%) не имело ника ких средств к существованию, остальные имели крайне ограни ченные средства3.

Все переселившиеся в этот период получили помощь от рус ской администрации для обустройства и имели возможность воз делывать такое количество земли, какое они были в состоянии обработать. Отсутствие налогов позволило корейцам пользовать ся всем урожаем.

Чжан Чжон Рн, Петров А. И. Корейцы-иммигранты на Дальнем Востоке России. 1860–1890 гг. // Россия и АТР. – 2001. – № 1 (31).

Надаров И.П. Материалы к изучению Уссурийского края // Сбор ник географических, топографических и статистических материалов по Азии. – СПб., 1887. Вып. 26.

Рагоза А. Краткий исторический очерк переселения корейцев в наши пределы // Военный сборник. – 1903. – № 6.

Отношения корейских иммигрантов с представителями мест ного населения – старожильческим крестьянством и казачест вом – складывались положительно для первых. С 60-х годов XIX в. дальневосточные крестьяне-старожилы и казаки были во влечены в достаточно тесные контакты с представителями сосед них азиатских обществ, в том числе Кореи. Безусловно, первой формой этих контактов послужила торговля, поставлявшая из-за рубежа остро необходимые сельским жителям Дальнего Востока товары повседневного спроса1. Позднее, с 80-х годов XIX в. вы сокая обеспеченность казачества и старожильческого крестьянст ва землей при недостатке трудовых ресурсов создает условия для широкого привлечения к хозяйственной деятельности этих соци альных групп иностранной рабочей силы. В последующем, мас штабы использования «желтого труда» и «желтой аренды» как и их значение в поддержании благосостояния дальневосточных ка заков и крестьян-старожилов неуклонно возрастали2.

Стабильные отношения на рынках товаров и рабочей силы являлись предпосылкой развития оживленных социокультурных связей между восточнославянским населением приграничной поло сы, с одной стороны, и корейцами, с другой. Особенно характерным такое общение было для уссурийских казаков, которые взаимодей ствовали не только с иммигрантами, но и с жителями регулярно по сещавшихся ими близлежащих районов Маньчжурии3.

Подобная экономическая и социальная практика способство вала формированию у основной массы местного казачества и крестьянства весьма спокойного и терпимого отношения как к этническим особенностям образа жизни корейских мигрантов, так и к их хозяйственной активности. Представители этих соци альных групп воспринимали азиатское присутствие в крае как РГИА ДВ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 594. Л. 8.

РГИА ДВ. Ф. 704. Оп. 5. Д. 938. Л. 47–48;

Слюнин Н. В. Совре менное положение нашего Дальнего Востока. – СПб., 1908. – С. 62.

Иванов В. Д. Взаимоотношения уссурийских казаков с пригра ничным населением сопредельных территорий // Многонациональное Приморье: история и современность. – Владивосток, 1999. – С. 81–82;

Киреев А. А. Уссурийское казачество в политическом процессе на Дальнем Востоке России: дис. … канд. полит. наук. – Владивосток, 2002. С. 58–60.

явление вполне нормальное и даже необходимое1. Такая позиция значительной части российского населения региона, безусловно, не могла не повлечь за собой снижения эффективности любого рода административных мер по ограничению и регулированию демографического и экономического проникновения корейцев на территорию Дальнего Востока. Более того, осуществление этих мер затруднялось малочисленностью и слабой централизованно стью исполнительного аппарата региональной власти.

Второй этап (1884–1895 гг.) начался с административно территориального преобразования русского Дальнего Востока, а именно с образования Приамурского генерал-губернаторства.

Данный этап характеризовался переходом региональных и отчас ти центральных властей империи к активным действиям по упо рядочению присутствия азиатского населения. При этом главным объектом государственной политики в это время стал обществен ный компонент, а ее основными инструментами – меры по адми нистративному регулированию притока населения, по контролю за экономической и социальной деятельностью иностранцев и поощрению внутренней национальной колонизации дальнево сточного региона. Так, авторы разработанной в 1886 г. под руко водством генерал-губернатора А.Н. Корфа программы работы администрации Приамурского края, отмечая огромную значи мость иностранной иммиграции для будущего края, вместе с тем подчеркивали мирный, экономический характер иностранного проникновения. Исходя из этого, они считали недопустимым применение против переселенцев из-за рубежа каких-либо жест ких мер, которые могли бы привести азиатов в раздражение. Аде кватным средством выхода из сложившейся ситуации, по их мне нию, должно было стать последовательное и целенаправленное заселение края русскими2.

Очевидно, что первым серьезным шагом в направлении уста новления контроля над иностранным присутствием в регионе стало принятие в 1883 г. закона о подсудности проживающих на Киреев А.А. Уссурийское казачество и «желтый вопрос» // Азиат ско-Тихоокеанский регион: экономика, политика, сотрудничество. – 2001. – № 2. – С. 18.

Умрихин А. В. Политико-административное устройство Дальнего Востока России во второй половине XIX – начале ХХ вв.: дис. …канд.

ист. наук. – Владивосток, 1998. С. 90, 92–93.

Дальнем Востоке китайцев русским судам. Вслед за этим были изданы законы о запрещении иностранцам селиться в пригранич ных местностях (1886 г.) и приобретать землю в пределах Амур ской и Приморской областей (1892 г.)1 Политика в отношении иностранных мигрантов не сводилась к мерам запретительного характера. В частности, российские власти были готовы допус тить сохранение представителями восточноазиатских этносов, свойственных им особенностей социальной и экономической ор ганизации, при условии согласования последних с законодатель ством империи. Так, в феврале 1891 г. легальный статус и право вую регламентацию получили существовавшие на Дальнем Вос токе России институты корейского и китайского «общественного управления»2.

На данном этапе действительно полного и разностороннего упорядочения российской администрации удалось достичь в от ношении иммигрантов именно корейского происхождения. Это му способствовало заключенное в 1884 г. русско-корейское со глашение о принятии корейских иммигрантов в русское поддан ство и прекращении их переселения в дальнейшем. Относительно выходцев из Китая аналогичного соглашения подписано не было, что, по всей видимости, объяснялось общей напряженностью и взаимным недоверием в отношениях правительств двух стран. В итоге приток китайцев в дальневосточный регион и их после дующее расселение оставались, по-прежнему, процессами в ос новном стихийными, регулировать которые российским властям было крайне трудно.

Среди иммигрантов из Кореи тогда преобладали не крестьян ские семьи, а сезонные рабочие, многие из которых все же оста вались на постоянное жительство в России.

В этот период происходили неоднократные переговоры пра вительств России и Кореи о правовом положении корейских пе реселенцев. Этот вопрос был предметом обсуждения в админист рации Приамурского генерал-губернаторства и на съездах сведу щих людей, которые состоялись в Хабаровске в 1885, 1886, 1892 гг.

Ларин А. Желтый вопрос // Родина. – 1999. – № 1. – С. 67–68.

Нестерова Е. И. Русская администрация и китайские мигранты на юге Дальнего Востока. – Владивосток, 2004. – С. 172–175.

В работе второго съезда сведущих людей участвовали 86 чел.

Съезд начал работу 1-го февраля 1886 г., в его шести комиссиях рассматривались следующие вопросы: население края, почвы и климат края, поземельное устройство, промышленность, торгов ля, пути сообщения. На заседании 4-го февраля обсуждалось по ложение корейцев в Уссурийском крае, при этом было засвиде тельствовано, что «в 18 деревнях живет 6663 корейца, в городах Владивостоке – 420 душ, Благовещенске – 720 и Хабаровске – 104, всего оседлых 7907 душ. Также для заработков приходит к нам из Кореи до 3000 корейцев ежегодно»1.

После продолжительного обсуждения комиссия съезда при шла к заключению, что следует постепенно, не разоряя корейцев, выселять их из пограничной зоны Южно-Уссурийского округа.

На Посьетском участке, где климатические условия не позволяют русским землевладельцам заниматься хлебопашеством, комиссия предложила оставить 6 корейских деревень. Остальных корейцев, по мнению комиссии, следовало выселить на Амур, на правые притоки Уссури и в Ольгинский участок Южно-Уссурийского края, с обязательным устройством для них церквей и школ. Было также предложено переселившихся корейцев освободить на 5 лет от уплаты всякого рода денежных повинностей, не избавляя в то же время от повинностей натуральных;

для расходов по пересе лению корейцев образовать особый фонд, для чего начиная с 1886 г. взыскивать с каждого бойца-корейца, возрастом от 16 до 35 лет, по 3 руб. в год (таких корейцев около 1300 чел., следова тельно, годовой доход составит 4500 руб.). Было решено корей цев, ежегодно приходящих на заработки, облагать таким же нало гом, как и китайцев2.

Более детально вопрос о корейских иммигрантах был пред ставлен в ряде официальных документов администрации региона.

Так, генерал-губернатор Приамурского края А.Н. Корф в отно шении на имя военного губернатора Приамурской области П.Ф. Унтербергера (21-го июня 1891 г.) разделил всех корейцев, находящихся в России, на три категории3.

Съезды сведущих людей: исторический ресурс управления. Вла дивосток, 2001.

Пак Б.Д. Указ. соч.

К первой категории были отнесены корейцы, переселившие ся и осевшие в России до дня и года заключения первого русско корейского договора об установлении дипломатических и торго вых отношений. Им разрешалось оставаться в Уссурийском крае, и они должны были быть приняты в русское подданство.

Ко второй категории были отнесены корейцы, переселив шиеся и осевшие в России после 1884 г., но желающие принять русское подданство и обязывающиеся исполнять правила, уста новленные для корейцев первой категории.

Корейцы, временно проживающие в Приамурском крае, т. е.

не осевшие здесь, а приехавшие на заработки, были отнесены к третьей категории. Они не имели права селиться на государст венных землях и устраивать на них хозяйства. Но поземельные и оброчные подати корейцы третьей категории платили наравне с русскими крестьянами. Оставаться же в русских пределах они могли только по получении русских билетов на жительство.

Разделение корейцев на три категории не предусматривало запрещение жителям Кореи переселяться на русский Дальний Восток. Им разрешалось здесь временно проживать при условии, что они должны быть снабжены корейскими национальными паспортами, которые для дальнейшего, сверх одного месяца, проживания подлежали обмену на платные годовые русские би леты. Такие же билеты должны были брать и корейские рабочие, которые приходили в Уссурийский край на заработки весной и оставались там до поздней осени.

Третий этап (1895–1905 гг.) начинается от японо-китайской войны, закончившейся поражением Китая и подписанием 17-го апреля 1895 г. Симоносекского мирного договора, и про должается до начала русско-японской войны (1904–1905 гг.).

В этот период, когда Япония активно стремилась установить контроль над экономикой Кореи, Сеульское правительство уве личило налоговое бремя, оказавшееся непосильным для простых корейцев. Налоги, переведенные с 1894 г. в денежную форму, только за 5 лет, с 1898 по 1902 г., увеличились в Корее более чем в 2 раза. Столь разорительные платежи вынуждали значительную часть крестьян отдавать свои участки земли в уплату долгов или просто бросать их, уходя в города или отправляясь заграницу.

Активизации переселения крестьянских семей из Кореи в Приамурскую область во многом способствовало принятие в рус ское подданство с 1896 г. корейцев, проживающих на Дальнем Востоке России, и предоставление им земельных наделов из рас чета 15 десятин (16, 39 га) на один двор.

Переселение корейцев в Россию происходило теперь не только сухопутным, но и морским путем на пароходах различных государств и компаний.

В иммиграционном потоке из Кореи в этот период увеличи лось количество корейцев, прибывающих для работы в различ ных отраслях промышленного производства: на строительстве железных дорог, в рыбной промышленности, на приисках, заво дах и фабриках.

Четвертый этап (1905–1910 гг.) проходил на фоне интен сивного внутреннего развития дальневосточного региона и со провождался принятием целого комплекса решений, так или ина че касавшихся иностранного присутствия на территории края. В их число входили административные и экономические акты, мно гие из которых были сформулированы еще на предыдущем этапе.

В частности, введение в 1908 г. для корейских и китайских ми грантов платных билетов на годичное проживание в стране и вы сылка всех безбилетных лиц;

а также запрещение в 1910 г. сдачи в аренду иностранным подданным казенных земель и их допуска на казенные работы1.

Насильственное установление Японией протектората над Ко реей (через три месяца после окончания русско-японской войны) вызвало гнев и возмущение всего корейского народа. В конце 1905 г. – начале 1906 г. по всей стране прокатилась волна народ ных выступлений против японских колонизаторов. Очаги сопро тивления корейского народа были жестоко подавлены регуляр ными японскими войсками. По официально опубликованным данным, за 1906–1911 гг. число арестованных, раненых и убитых корейских патриотов составило около 24 тыс. чел. (погибших среди них было 75%). Многие уцелевшие участники сопротивле ния, скрываясь от преследования, перебирались в Маньчжурию и Приамурскую область.

Общее количество таких политических иммигрантов, пересе лившихся на российский Дальний Восток, определить трудно, История Северо-Восточного Китая XVII–XX вв. – Владивосток, 1987. Кн. 1. – С. 296;

Нестерова Е.И. Русская администрация… – С. 271– 274, 277.

поскольку правительство России, избегавшее обострения отно шений с Японией и поэтому стремившееся не допускать распро странения открытой антияпонской деятельности на русской тер ритории, установило контроль на границе. Это стало причиной того, что бывшие участники сопротивления и антияпонски на строенные корейцы переселялись на территорию России под ви дом простых крестьян и рабочих.

По официальному отчету Приамурского генерал-губернатора П.Ф. Унтербергера, общая численность корейского населения в Приамурской области в 1906–1910 гг. увеличилось с 34 399 чел. в начале данного периода до 50965 в конце. Однако эти данные отражают только официальную статистику. Реальное количество корейского населения было значительно больше, на это указыва ют многие исследователи. Так, чиновник особых поручений При амурского генерал-губернатора А.М. Казаринов, производивший в 1906–1907 гг. перепись корейского населения, в своем отчете пояснял: «Считаю необходимым добавить, что в прошлом 1907 г., после нашей с Японией войны, когда японцам удалось забрать Корею в свои руки, корейцы, сильно притесняемые у себя японцами, усилили свой переход в нашу территорию и, в особен ности, морем в Сучанский участок Приамурской области. В мои проверки и регистрации они не попали, но можно без ошибки сказать и добавить к общему количеству в Приамурье, а особенно в Приамурской области, еще 30% безбилетных корейцев, пересе лившихся у нас в крае за это последнее время»1.

Пятый этап охватывает период от аннексии Кореи до начала первой мировой войны. Это один из самых сложных периодов жизни Дальнего Востока и Корейского государства, которое по сле аннексии фактически перестало существовать и сделалось японским генерал-губернаторством. В результате захвата япон скими помещиками пахотных земель и, как следствие, разорения корейских крестьян последние стали покидать страну.

В этот период значительно увеличился приток корейских пе реселенцев: легальных – морским путем через порт Владивосток, и нелегальных – через различные бухты южного побережья При морья. Быстрое увеличение корейского населения на русском Дальнем Востоке не всегда и не всеми представителями админи История Северо-Восточного Китая XVII–XX вв. … стративной власти воспринималось положительно. О «желтой»

опасности неоднократно указывал Приамурский генерал губернатор П.Ф. Унтербергер, он же ввел некоторые ограничения использования труда корейцев на золотых приисках и в других отраслях хозяйства.

Русская общественность подвергла резкой критике эту поли тику на страницах периодической и публицистической печати.

Так, газета «Далекая окраина» 28-го августа 1910 г. опубликовала заметку, защищавшую приамурских корейцев.

В ЗАЩИТУ ПРИАМУРСКИХ КОРЕЙЦЕВ

Пет. Вед. решительно становятся на сторону наших ко рейцев в отношении к которым теперь наблюдается крутой по ворот.

За последнее время, пишет газета, приамурская админист рация начала крайне придирчиво относиться к корейцам, и это враждебное отношение еще больше увеличилось после заключе ния русско-японской конвенции. Корейцев запрещено принимать на золотые прииски в качестве рабочих и на какие-либо работы на казенных участках (например, по рубке леса), затруднительно их принятие в русское подданство и вообще их допущение на русскую территорию.

Трудно представить себе причины подобного отношения к корейцам, если не стараться объяснить это закулисными ин тригами японцев, естественно, не желающих, чтобы в соседнем государстве близь границы сосредоточились люди, преследуемой ими национальности, и, встречая хороший прием на новой роди не, привязывались к ней.

Представляют ли корейцы сами по себе какую-либо опас ность или неудобство для русских в Приамурье?

Хотя они и начали селиться в русских пределах преимущест венно в Уссурийском крае, еще в 60-х годах прошлого века, но ко личество их в Приамурье незначительно, особенно в сравнении с китайцами. С 1907 г. во всем Приамурье было только 37000 ко рейцев, в то время как китайцев в одной только Приамурской области 69000. В настоящее время китайцев в Приамурье гораз до более 100000, в то время как число корейцев увеличилось не значительно. В золотопромышленности корейцы являются по лезными рядовыми рабочими, в то время как китайцы преимуще ственно хищниками-золотничниками. Корейцы – почти исклю чительно земледельцы и чернорабочие. В Уссурийском крае поч ти 90 процентов русских селений пользуется наемным корейским трудом, 54,9% всей занятой земледельческой культурой терри тории арендуется корейцами (китайцами лишь 27,7%).

Среди иммигрантов пятого этапа значительное количество составляли корейцы, выехавшие из своей страны по политиче ским мотивам, в том числе чиновники различных министерств и ведомств, деятели культуры, представители разных слоев обще ства. В 1914 г. консул России в Чончжине сообщал генеральному консулу в Сеуле, что «сношения Северной Кореи с Владивосто ком развиваются с каждым годом и пароходы, идущие туда, поч ти всегда имеют полное количество грузов, не говоря уже о зна чительном количестве пассажиров»1.

Необходимо добавить важный факт о сущности отношений между двумя народами на протяжении 1905–1917 гг. Значитель ной политической силой, стремившейся оказать сопротивление государственному курсу в контроле иностранного присутствия, являлись приверженцы свободного развития экономических и социальных отношений российского Дальнего Востока со своими соседями. Эта позиция, связанная с фактическим отрицанием са мого существования «проблемности» «желтого вопроса», имела под собой, как уже отмечалось, широкую общественную базу, ядром которой выступали зажиточные слои дальневосточного казачества и старожильческого крестьянства. Кроме того, к сто ронникам этой позиции принадлежала значительная часть круп ной буржуазии региона, в 1895–1905 гг. наладившая особенно тесные и выгодные связи с рынками и предпринимателями Китая, Кореи и Японии. Хотя возможности политического представи тельства интересов названных социальных групп были сравни тельно ограниченными, в рассматриваемый период они также приобрели институциональные инструменты влияния на государ ственную администрацию, одним из которых стала Дума. Так, высокую заинтересованность зажиточных амурских и уссурий ских казаков в сохранении экономических отношений с азиатами выражал избранный в III Государственную Думу от этих войско История Северо-Восточного Китая XVII–XX вв. … вых общин депутат Н.А. Маньков1. Активным противником гене рал-губернаторской политики выступал также А.А. Масленников, возглавлявший ассоциацию дальневосточных предпринимате лей – Владивостокский биржевой комитет2.

Оппоненты «столыпинского» курса на ускорение внутренне го развития российского Дальнего Востока и тщательную регла ментацию отношений региона с восточноазиатскими обществами не смогли остановить его осуществление. Вместе с тем, их дея тельность, безусловно, осложняла проведение этой политики, де лая ее менее последовательной. В 1905–1917 гг. численность ко рейского и китайского населения на Дальнем Востоке продолжа ла расти, превысив к концу этого этапа, по некоторым сведениям, цифры соответственно в 150 и 100 тыс. чел.3 В то же время, по сравнению с периодом 1895–1905 гг. темпы прироста восточно азиатской иммиграции существенно снизились, а доля зарегист рированных мигрантов, также как и степень контроля над ними со стороны российской администрации, заметно увеличились.

Таким образом, благодаря в первую очередь интенсивной работе центральных и региональных органов власти азиатское присутст вие на территории дальневосточных окраин империи в основном перешло в категорию управляемых факторов их развития.

Шестой этап (1914–1917 гг.) длится от начала первой миро вой войны до начала революционных событий в России. Основ ным фактором, способствующим корейской иммиграции в Рос сию в этот период, стало привлечение значительного количества корейских рабочих на замещение мест русских рабочих, отвле ченных для участия в военных действиях.

В марте 1916 г. Совет министров России издал «Правила», состоящие из 10 статей, которые регламентировали применение в империи труда корейцев и китайцев. Для этого периода иммигра ции характерным стало расширение районов расселения корейцев в дальневосточном регионе, в том числе на Сахалине, Камчатке, в Забайкалье и Приамурье.

У Н.А. Манькова, депутата Амурского и Уссурийского казачьих войск // Сибирские вопросы. – 1908. – № 35–36.

Нестерова Е. И. Русская администрация… – С. 281–284.

Ларин А. Указ. соч. – С. 66;

Приморский край: Краткий энцикло педический справочник. – Владивосток, 1997. – С. 249.

К 1917 г. корейцы проживали практически во всех городах, волостях и уездах дальневосточного региона. Но распределение корейского населения было весьма неравномерным, что объясня ется, по-видимому, особенностями разных этапов иммиграции.

По данным А. Рагозы, показатели переселения корейского на селения по времени прибытия и распределения его по участкам рас селения, за первый двадцатилетний период были следующими1.

Расселение корейцев в Южно-Уссурийском крае (чел.) Приведенные данные не являются абсолютно точными, но они позволяют сделать выводы, характеризующие процесс ко рейской иммиграции за первые 24 года. Во-первых, переселение корейцев на российскую территорию с 1864 по 1887 г. шло с по стоянным увеличением. Во-вторых, причиной массовой имми грации в 1869 г. был голод в Корее. В-третьих, расселение корей цев происходило, в основном, в пограничных Посьетском и Суй фунском районах.

Наглядную информацию о корейском населении Южно Уссурийского края в начале XX столетия дает карта, составлен ная в 1908 г. по сведениям, собранным чиновником особых пору чений при Приамурском генерал-губернаторе, надворным совет ником А.М. Казариновым1.

Согласно его данным, русско-подданные корейцы постоянно проживали в 113 волостях Раздольнинского, Суйфунского, Хан кайского, Верхне-Уссурийского и Сучанского полицейских ста нов, а также на территории Полтавского и Гродековского станич ных округов Уссурийского казачьего войска. На этих площадях размещалось 3 тыс. 128 корейских крестьянских дворов и нахо Унтербергер П.Ф. Приамурский край. 1906–1910 гг.: очерк. – СПб., 1912.

дилось 13 тыс. 676 чел.;

корейских подданных здесь проживало 22 тыс. 193 чел.

К началу советизации Дальнего Востока в Приамурском ге нерал-губернаторстве было 34 селения, приписанными крестья нами которых являлись русско-подданные корейцы.

Общая численность корейцев на Дальнем Востоке к 1917 г.

составила почти 100 тыс. чел., около 90% из них обосновалось на территории Приамурского края1.

Приамурский край: Краткий энциклопедический справочник…

РОЛЬ КОРЕЙСКОГО НАСЕЛЕНИЯ

В ОСВОЕНИИ И РАЗВИТИИ

ЮЖНО-УССУРИЙСКОГО КРАЯ

Приамурье стало российской территорией менее 150 лет на зад. Заселение и освоение огромной безлюдной территории было для российского правительства трудной задачей. Переселенцы, прибывающие из центральной России, сталкивались здесь с не привычным климатом и дикой природой. Значительная удален ность от центра, отсутствие дорог или каких-либо путей сообще ния делали жизнь переселенцев невыносимо тяжелой.

До учреждения Добровольного флота и постройки железной дороги процесс переселения на Дальний Восток России был чрез вычайно проблемным.

Корейские иммигранты, которым природа и климат Приамурья были привычны и понятны, внесли большой вклад в дело освоения и развития края. Они поднимали целину и культивировали землю для сельскохозяйственного производства, прокладывали и благоус траивали дороги, работали в разных отраслях хозяйства.

Роль корейского населения в освоении края отмечена много численными работами историков, краеведов, исследователей. Так, историк Б. Д. Пак, в 1993 г. писал: «Польза от заселения пустующих земель Уссурийского края корейцами выяснилась скоро. В крае на чало развиваться хлебопашество. В 70-е годы появился даже избы ток хлебных продуктов, и цены на них несколько снизились. На пример, если до устройства корейцев в крае, войска, расположенные в урочище Новокиевском, покупали весь овес и ячмень в Хуньчуне, то в 1872 г. небольшая часть зерна была куплена у корейцев, а в 1873 г. купили у корейцев больше половины потребного зерна, а в 1874 г. исчезла надобность покупать хлеб в Хуньчуне»1.

Чиновник по особым поручениям при губернаторе Примор ской области М. П. Пуцилло, руководивший устройством хо зяйств корейских переселенцев в конце 60-х – начале 70-х годов XIX столетия, отмечал: «Говоря о переселении корейцев, мы не можем умолчать о той пользе в экономическом отношении, ка кую оно, без сомнения, принесет для нас в недалеком будущем.

Пользу мы эту видим, прежде всего, в заселении столь пустынной земли, как наш Южно-Уссурийский край, и притом заселении необременительном для нашего правительства, а также в разви тии в крае земледелия и торговли. Корейцы, придерживаясь ки тайской, как известно, высокоусовершенствованной системы земледелия, не могут быть, однако, соперниками для русских ко лонистов при занятии земель, так как последние, привыкнув к многоземельному хозяйству, выбирают для себя степные места, т.е. узкие долины, защищенные горами»2.

Подполковник Генерального штаба А. Рагоза, проводивший обследование Южно-Уссурийского края, в кратком историческом очерке писал, что «доказательством высокой жизнеспособности и культурности корейцев может служить факт первой крупной за готовки провианта военным ведомством в 1888 г. на месте у жи телей Южно-Уссурийского края;

тогда было приобретено у ко рейцев ярицы и пшеницы около 70 740 пудов;

у крестьян же, численность которых была в два раза больше, чем корейцев, куп лено всего 38 195 пудов … корейцы к этому времени владели 8397 десятин земли, т. е. несколько более чем на душу»3.

Неоднократно приморские сельчане убеждались в преимуще ствах использования корейских сельскохозяйственных культур и корейского способа обработки почвы. Так, 1910 г., когда выдалось чрезвычайно дождливое и сырое лето, случился большой неурожай многих злаков и овощей, но при этом традиционные корейские культуры дали хороший урожай. Об этом сообщил корреспондент газеты «Далекая окраина» из села Раздольного: «Исключительно сырое лето этого года сказалось на урожае местных хлебных и кор Пак Б.Д. Указ. соч.

Пуцилло М.П. Опыт русско-корейского словаря. – Хабаровск, 1874. Т. VII.

Рагоза А. Указ. соч.

мовых растений. Урожай в общем плохой. В особенности дожди повредили «русские» хлебные злаки: пшеницу и овес.

Правда, этих злаков в нашем крае очень мало, до сих пор се ют их все еще пока «в виде опыта», предпочитая базироваться в сельском хозяйстве на излюбленных корейцами – нашими поильца ми-кормильцами – пайзе, кукурузе, чумизе и бобах. И, правда, даже в таких плохих условиях вызревания, как этим летом, пайза и куку руза уродились сносно. В особенности, пайза. Потребителем на нее, к сожалению, является только кореец. Русскому люду она мало нра вится. Каша из нее напоминает отчасти просяную, отчасти манную.

Ничего, вкусно, если есть ее нечасто, но быстро приедается.

Цена на пайзу сравнительно дорогая, 60, даже 70, коп. за пуд, как доходила нынче.

Но способ посева, обработки пашни, пропалывания и пр. для пайзы исключительно пригоден только корейско-китайский, тот, к которому трудно привыкнуть земледельцу русскому»1.

Со временем корейские способы ведения сельскохозяйствен ных работ, в определенной степени, стали использоваться рус скими переселенцами. Этому способствовало не только непо средственное общение населения, но также изучение и неодно кратное обследование корейских поселений на российской терри тории. Одно из них было проведено в 1878 г. чиновником для ди пломатической переписке при генерал-губернаторе Восточной Сибири В. Висленевым. Ему было поручено произвести перепись корейского населения и собрать сведения о состоянии корейских поселений, образе жизни, занятиях корейцев, их влиянии на про чее население Приамурского края.

Инструкция, данная В. Висленеву, предполагала в результате обследования получить ответы на следующие конкретные вопро сы: в каких местностях поселились корейцы, и насколько хорошо устроен их хозяйственный быт;

какими ремеслами занимаются корейцы, и какую пользу они приносят краю;

в каких корейских селениях устроены школы, и на какие средства они существуют;

насколько обрусели корейцы и упрочили свой материальный быт;

какая у них принята система хлебопашества, и какие злаки они сеют;

могут ли они усвоить российско-крестьянский способ об работки пашенных земель с использованием традиционных зла Газета «Далекая окраина». 12 декабря 1910 г.

ковых культур;

возможна ли закупка у корейцев хлеба для казны, и насколько реально обложение государственной податью всех живущих на российской территории корейцев1.

Результаты переписи, проведенной В. Висленевым по трем округам Южно-Уссурийского края, дают ценные сведения о ко рейском населении края во втором десятилетии после начала их иммиграции на Дальний Восток России.

Корейские селения Ханкайского, Суйфунского и Сучанского округов Южно-Уссурийского края в 1878 г. (по В. Висленеву) Сборник главнейших официальных документов по управлению Восточной Сибирью. Т. IV. Инородческое население Приамурского края. Корейцы и инородцы Южно-Уссурийского края Приамурской об ласти. – Иркутск, 1884. Вып. 2.

Всего по Южно Уссурийскому краю Как считают некоторые исследователи, перепись корейского населения, выполненная В. Висленевым, является неполной и недостаточно точной. Однако это работа была признана генерал губернатором Восточной Сибири «материалом ценным и могу щим принести существенную пользу для справок и различных административных соображений», поскольку в ней были приве дены поименные списки корейцев, проживающих в Южно Уссурийском крае, а также сведения о хлебопашестве корейского населения. Последние являются едва ли не единственным ком плексным обзором хозяйственной деятельности корейских имми грантов в 70-е годы XIX столетия.

Анализ собранной информации показывает, что основными сельскохозяйственными культурами, которые возделывали корейцы, были ячмень, овес, бобы, кукуруза, чумиза;

наибольшее количество возделанной пашни было в селениях Пуциловка, Тизинхэ, Янчихэ.

Общие сведения о сельскохозяйственной деятельности ко рейского населения в этот период приведены в табл. 21.

Сборник главнейших официальных документов по управлению Восточной Сибирью...

Сельскохозяйственная деятельность корейского населения Ханкайского, Суйфунского и Сучанского округов Южно-Уссурийского края в 70-е годы XIX века Название Площадь селений десятинах Лошади Рогатый Свиней Всего по округу Всего по округу Всего по округу Всего по Юж скому краю Название Всего по округу Всего по округу Всего по ок ругу Всего по Юж скому краю Данные наглядно показывают особенности хозяйствования корейцев – преобладание крупного рогатого скота, используемо го исключительно в роли рабочей тягловой силы;

незначительное количество лошадей;

использование в посевах культур, малозна комых русскому крестьянину (буда, гаолян, чумиза, суза). Злако вые растения – чумиза, гаолян, буда – использовались корейцами как зерновые и кормовые культуры. Особое место среди культи вируемых корейцами растений занимала суза (корейское называ ние: егома, латинское: перилла). Эту масличную культуру корей цы считали священным растением, поскольку оно «имело свойст ва охранять поля, отгоняя от них злых духов, могущих повредить посевы»1. Остро пахнущую культуру обычно высаживали вокруг полей со злаковыми культурами, что защищало их от скота и вредителей-насекомых. Выращивали сузу и на специальных уча стках для получения семян, из которых вырабатывалось масло, считавшееся весьма полезным и даже целебным для здоровья.

Особые свойства сузы привлекли внимание ученых. В 20-е годы XX в. всесторонним исследованием растения занимался профес сор Н. Любарский. Он изучил условия произрастания, урожай ность, выход масла из семени, химические и технические свойст ва этого масла, кормовые возможности жмыхов. Результаты ис следования показали, что суза неприхотлива к почвам и климати ческим условиям – может расти на любых почвах, не боится сы рости;

ее урожайность выше, чем у льна (при посеве полпуда на десятину урожай составил 50–60 пудов с десятины). Масло сузы по своим химическим свойствам оказалось более высокого каче ства, по сравнению с маслом, получаемым из льна и конопли. Как отмечалось в публикации газеты «Красное знамя» в июле 1926 г., масло сузы высоко ценилось за рубежом. В том году в Приморье посевы сузы составляли 12 десятин2.

Как отмечают некоторые исследователи, корейцам принад лежит первенство в возделывании в крае риса и в развитии шел ководства. Впервые о посевах риса в Южно-Уссурийском крае было заявлено в обзоре В. Висленева. Эти данные отражены в таблице 2, из которой видно, что корейские крестьяне села Си нельниково Ханкайского округа посеяли 5 фунтов риса. За 10 лет Газета «Красное знамя». 12 июля 1926 г.

до обследования В. Висленева, Н.М. Преживальский, посетивший корейские селения края, в своем отчете, перечисляя виды возде лываемых корейцами культур, не упоминал о рисе. Еще один ис следователь, Ким Сын Хва, в книге «Очерки по истории совет ских корейцев» указывает, что в 1908 г. в долине реки Янчихэ корейцы выращивали рис на 40 десятинах1.

Забытую в настоящее время отрасль сельского хозяйства – шелководство – начинали развивать в крае корейцы, вернее ска зать, возрождать. Поскольку, по материалам археологических исследований определено, что в средние века на территории края шелководство было развитой отраслью. Около древних поселе ний VIII–XII вв., в долинах рек Раздольной, Партизанской, Ар сеньевки и других, археологами найдены рощи одичалых туто вых деревьев.

Пионером шелководного дела в Южно-Уссурийском крае ис следователи считают русско-подданного корейца Ивана Иосифо вича Ана, жителя корейского села Синельникова (Синеловка).

Вначале он пересадил на свой участок сеянцы дикой шелковицы 2–3-летнего возраста, растущей в окрестности села, у подножия Хунхуз-горы. Затем, по настоянию местного священника-корейца отца Иоанна Рязановского, по предложению и при содействии чиновника Приморского областного правления А.В. Суханова, Иван Ан устроил на одной десятине своей земли первую планта цию тутовых деревьев, выращенных из семян, привезенных с юга Корейского полуострова. Грену (личинки шелковичного червя) он получил через своих знакомых из Кореи. Устроив шелковод ное хозяйство, Иван Ан в 1908 г. впервые в крае получил 6 пудов (96 кг.) шелка и собрал около 30 фунтов (12 кг.) коконов. К 1915 г. в шелководном хозяйстве И. Ана были большая планта ция тутовых деревьев (440 шт.), грядки с сеянцами и саженцами, большое помещение, в котором размещались шелководня, мо рильня, шелкомотальня, прядильня с ткацким станком.

Постановка шелководного дела у И. Ана и у других жителей села Синеловки была подробно охарактеризована в очерке Т.П. Гордеева, преподавателя Никольск-Уссурийской женской семинарии, который несколько лет наблюдал шелководное про изводство и проявлял активную деятельность в распространении шелководства по краю. В 1923 г. он писал следующее.

«В хозяйстве у И.И. Ана получают ткани различной шири ны – в 33,5 см. или 64 см., причем могут быть выработаны ткани 8 узоров. Цветные нитки получают окрашиванием их фуксином с содой в разные цвета.

Для получения 50–60 аршин ткани нужно 8–9 рабочих часов.

Работают по шелководству, главным образом, старики и дети, получая плату натурой в виде кусков шелка на юбку, шаровары и т.д. Полученный материал идет на домашние надобности и в про дажу не поступает. Стоимость одного аршина самодельной ткани И.И. Ан оценил в 1915 г. от 20 до 60 коп. Отбросы от размотки коконов дают шелковую вату;

ее варят с содой и употребляют как обычную вату, например, для одеял.

Кроме И. Ана шелководством в Синеловке занимаются еще в нескольких хозяйствах. Состояние трех из них в 1919 г. было следующим:

С.И. Цой занимается шелководством 5 лет;

плантация состо ит из 100 молодых деревьев и не может быть увеличена за недос татком места. Имеет материал, на 100 аршин материи, в 1917 г.

имел на 300–350 аршин.

И.П. Ан тоже занимается шелководством 5 лет, разводит ко рейскую породу, имеет сад из 40 старых и 60 молодых деревьев, лучший сбор был в 1917 г. – 700 аршин, теперь будет только 50– 70 аршин.

И. М. Пак занимается шелководством 4 года;

плантация из 50 старых и 20 молодых деревьев. В 1917 г. имел материал на 100–150 аршин, в 1919 г. – только на 20 аршин.

Из приведенных цифр ясно видно, что за последние годы производительность всех хозяйств пала в связи со всеобщей раз рухой, и что плантации шелковицы, кроме плантации И.И. Ана, очень невелики.

Опыт занятия шелководством, сделанный жителем с. Сине ловки, оказался очень удачным и показал, что Южно-Уссурий ский край, безусловно, может быть причислен к району шелко водства, граница коего обычно проводится гораздо южнее и за паднее. В самом деле, два главнейших фактора шелководства – шелковица и тутовый шелкопряд – в здешних условиях развива ются, даже при незатейливом уходе, очень хорошо, причем шел ковица является местным дикорастущим деревом»1.

Корейский опыт шелководства был изучен и успешно ис пользован в последующие годы. С 1916 г. изучением и развитием шелководного вопроса активно занималось Южно-Уссурийское отделение Российского географического общества (РГО). В 1917 г. к И.И. Ану в Синельниково была прикомандирована со трудница Отделения М.Т. Иванова, которая провела там весь се зон с целью практического изучения шелководного дела и сбора материалов для школьных наглядных коллекций. В результате, Отделение подготовило 400 экземпляров коллекций и распреде лило их по школам, где предполагалось устройство тутовых плантаций.

В 1918 г. была обустроена собственная плантация Отделения РГО, и в следующем году были начаты практические опыты вы кормки шелковичных червей и получения коконов при Ботаниче ском кабинете Отделения под руководством старшего ботаника Е.Н. Клобуковой-Алисовой. В следующем году было получено около 300 тыс. штук грены.

В последующие несколько лет шелководство в крае развива лось весьма активно и успешно. Об этой отрасли сельского хо зяйства много писали местные газеты. Одна из публикаций в га зете «Красное знамя» в июле 1926 г. была озаглавлена «Шелко водство в Приморье». В ней рассказывалось о беседе с инструк тором по шелководству Леляковым. По свидетельству последне го, шелководством в Приморье население занимается уже более 20 лет. Началось оно в с. Синельниково, в котором в 1926 г. было 12 хозяйств с опытом шелководного дела 10–15 лет, и около 85 хозяйств, начавших осваивать шелководство в более поздние сроки. Леляков отметил, что шелководство является самой до ходной отраслью сельского хозяйства, и привел в качестве дока зательства следующие данные. Одна десятина тутовых деревьев плантационной посадки (т.е. второй год жизни дерева), дает ва лового дохода 50–70 руб., во второй год – уже 200–250 руб., в третий – 400–500 руб., в четвертый – 700–800 руб. В последую Гордеев Т.П. Краткий очерк шелководства в с. Синеловке При морской губернии // Приморье, его природа и хозяйство: сб. статей, со ставленный научно-просветительной секцией Приморского губернского выставочного бюро. – Владивосток, 1923.

щие годы доход с одного дерева колеблется от 1 руб. до 1 руб.

50 коп., а с десятины, соответственно, от 1000 до 1500 руб. (при размещении на одной десятине от 900 до 1200 тутовых деревьев).

Площадь, занятая в 1926 г. посадками тутовых деревьев, со ставляла около 180–200 десятин, причем на 100 десятинах росло 120 тыс. деревьев, вывезенных из Кореи в 1925 г.;

остальная площадь была занята деревьями более старого возраста, выра щенными в Приморье1.

В мае 1929 г. газета «Красное знамя», в статье «Вырастим ту товые плантации на сопках Приморья», сообщила следующие сведения о развитии шелководства в крае. Основными шелковод ными районами края были Посьетский, Суйфунский, Покров ский, Сучанский и Шкотовский. В каждом из них насчитывалось от 2 до 5 корейских кооперативных шелководческих артелей.

Всего в крае было около 20 шелководных кооператива. Все они были корейскими и имели запас саженцев тутовых деревьев в количестве около 2 млн. штук. Газетная публикация отмечала высокое качество приморских шелковых коконов: «Анализом Шелкотреста признано, что шелковые коконы, получаемые в хо зяйствах нашего края, по своему качеству на 17% выше установ ленного мирового стандарта. При определении качества коконов принималось во внимание: прочность, эластичность и блеск его шелковины, а также равномерность толщины нити во всю ее длину»2.

Хорошо налаженное и вполне рентабельное шелководство в Приморье все же не стало ведущей отраслью сельского хозяйства из-за ошибок планирования. В 1927 г. плановое управление Дальневосточного округа приняло решение о нецелесообразности выработки конечной шелковой продукции в Приморье и ограни чило шелководство заготовкой коконов для союзного рынка и экспорта. С 1928 г. весь сбор сухих коконов Приморья был пере дан Шелкотресту СССР. Были созданы два заготовительных пункта во Владивостоке и Уссурийске. Оттуда продукция по же лезной дороге отправлялась на московские шелкомотальные и ткацкие предприятия. Транспортировка легковесных и объемных коконов через всю Россию за счет производителя и поставщика Газета «Красное знамя». 3 июля 1926 г.

сделала приморское шелководство нерентабельным и даже убы точным. Отрасль практически перестала существовать.

Почти все исследователи отмечали бережно-заботливое от ношение корейцев к своим пахотным землям, тщательную обра ботку посевов и, соответственно, в большинстве случаев, более высокие урожаи, чем на наделах русских крестьян. Так, главный агроном края Н.А. Крюков замечал: «Корейцы не употребляют молока, поэтому им нет надобности содержать коров. В хозяйст ве содержатся, главным образом, рабочий скот и лошади, но те и другие в крайне ограниченном количестве. Для пахоты употреб ляются быки (иногда коровы), запряженные по одному и реже парами. Хозяйство основано, главным образом, на ручном труде.

Возделываются следующие растения: буда (мелкое просо), куку руза, суза (масличное растение), бобы (соя), пшеница, гаолян, табак, овес (для сбыта русским) и всевозможные овощи. Посев всех растений рядовой и грядовой;

в течение всего сезона за по севами тщательно ухаживают: смотря по надобности, их полют, прорежают и окучивают»1.

Известный историк-исследователь А.И. Петров, на основа нии анализа и обобщения многих опубликованных и докумен тальных источников, представил следующую общую систему ко рейского землепользования2. После тщательной очистки пашни от камней, корневищ деревьев и кустарников корейский земледе лец производил вспашку таким образом, чтобы на поле чередова лись глубокие и высокие гряды. Посев семян производился на гребнях гряд с помощью импровизированной корейской сеялки – конусовидного цилиндра с небольшими отверстиями, из которых непрерывной струйкой, но дозировано, по 1–2, зерна попадали в почву. С появлением всходов начиналась борьба с сорняками, вырастающими в бороздах. Их выпалывали с помощью корей ской сохи, одновременно с этим производилось окучивание и возделывание культур. Тщательная прополка производилась за лето не менее 2–3 раз. Почти полное отсутствие сорняков на ко рейских пашнях способствовало успешному росту культур и хо рошему урожаю. А наличие борозд позволяло удалять с полей Крюков Н.А. Приамурский край на Всероссийской выставке в Нижнем Новгороде. – М., 1896.

Петров А.И. Корейская диаспора в России. 1897–1917 гг. – Влади восток, 2001.

лишнюю воду во время длительных дождей и тайфунов. К тому же, ориентировка борозд между грядами совпадали обычно с господствующим направлением летнего ветра, что способствова ло проветриванию и подсушиванию полей. Как в 1899 г. отмечал А.А. Риттих, «обычный у корейцев рядовой посев, ручная обра ботка, окучивание и прополка всех хлебов (чумизы, пайзы, бобов, кукурузы) и огородных растений значительно умаляет вредное воздействие туманов;

растения постоянно вентилируются, и лишняя влага не так задерживается»1.

Еще одной особенностью землепользования у корейцев была ежегодная смена гряд с посевами и борозд между ними, что в опре деленной степени препятствовало истощению почвы. Существовали и другие агротехнические особенности, которые позволяли корей цам получать урожаи, значительно выше, чем у русских крестьян.

Усердно-кропотливую и результативную работу корейцев отмечали почти все побывавшие с разными целями государст венные и общественные деятели. В 90-е годы XIX в. край посетил Д.Н. Шрейдер. В подробном очерке, опубликованном в 1897 г. в Санкт-Петербурге, он писал о корейской деревне Тизинхэ: «Еще не доезжая ее двух-трех верст, нам уже приходится ехать мимо прекрасно обработанных и выхоленных полей, представляющих собой чрезвычайно отрадное и приятное для глаз зрелище. Когда глядишь на эти ровные и стройные ряды культурных злаков, без малейшего признака сорных трав, то как-то не верится, что так могли выхолить поле те самые корейцы, с именем которых обык новенно связывается представление о непостижимой лени, лукав стве, и вопиющем безделии. Еще более скептически начинаешь относиться к обычной характеристике корейцев, когда проезжа ешь ближе мимо полей и видишь, как отдельные группы этих странно, почти по-женски одетых людей любовно и кропотливо ползают между рядами хорошо взошедших злаков (расстояние между рядами – до одного аршина;

корейцы обыкновенно только таким образом и сеют их на своих полях), тщательно вырывают каждый лепесток сорной травы, полют, окучивают всходы, отва ливают от растений землю и т.п.»2.

Риттих А.А. Переселенческое и крестьянское дело в Южно Уссурийском крае. – СПб., 1899.

Шрейдер Д.Н. Наш Дальний Восток (три года в Уссурийском крае). – СПб., 1897.

Русская администрация предпринимала определенные уси лия для распространения корейских способов посева сельскохо зяйственных культур и обработки земли среди русского кресть янства. Этим целям служило участие корейцев в сельскохозяйст венных выставках (Хабаровск, 1899 г., 1913 г.;

Москва, 1923 г.).

Амурско-Приморская сельскохозяйственная и промышлен ная выставка состоялась летом 1899 г. в г. Хабаровске. На ней было представлено около 10 тыс. экспонатов. На закрытии вы ставки 16-го сентября того же года призеры получили награды из рук генерал-губернатора Н.И. Гродекова. Ими стали 4 золотых, серебряных, 71 бронзовая медали и 216 похвальных отзывов. Среди награжденных были корейские крестьяне, а также земледельцы, культивировавшие корейские злаковые и овощные культуры.

Малую серебряную медаль министерства земледелия и госу дарственных имуществ «за полную картину хозяйства и выдающие ся гаолян, коноплю;



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
 




Похожие материалы:

«Министерство сельского хозяйства РФ Российская академия сельскохозяйственных наук Федеральное агентство по образованию Администрация Воронежской области ГОУВПО Воронежская государственная технологическая академия ГОУВПО Московский государственный университет прикладной биотехнологии ГОУВПО Московский государственный университет пищевых производств ГОУВПО Санкт-Петербургский государственный университет низкотемпературных и пищевых технологий Ассоциация Объединенный университет имени В.И. ...»

«ВЫСШАЯ ШКОЛА ЭКОНОМИКИ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ПРИ УЧАСТИИ ВСЕМИРНОГО БАНКА И МЕЖДУНАРОДНОГО ВАЛЮТНОГО ФОНДА XI МЕЖДУНАРОДНАЯ НАУЧНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ ПО ПРОБЛЕМАМ РАЗВИТИЯ ЭКОНОМИКИ И ОБЩЕСТВА В трех книгах Ответственный редактор Е.Г. Ясин Издательский дом Высшей школы экономики Москва, 2011 УДК 330.101.5(063) ББК 65.012 О-42 Идеи и выводы авторов не обязательно отражают позиции представляемых ими организаций © Оформление. Издательский дом ISBN 978-5-7598-0861-9 (кн. 3) ISBN ...»

«Министерство сельского хозяйства Российской Федерации ФГБОУ ВПО Уральская государственная академия ветеринарной медицины Разработка и внедрение новых технологий получения и переработки продукции животноводства 20 марта 2013 г. Материалы международной научно – практической конференции Троицк-2013 УДК: 631.145 ББК: 65 Р - 17 Разработка и внедрение новых технологий получения и переработки продукции Р - 17 животноводства20 марта 2013 г.,. / Мат-лы междунар. науч.-практ. конф.: сб. науч. тр.– ...»

«Министерство сельского хозяйства Российской Федерации ФГОУ ВПО Уральская государственная академия ветеринарной медицины Инновационные подходы к повышению качества продукции АПК 21 марта 2012 г. Материалы международной научно-практической конференции Троицк-2012 УДК: 631.145 И-66 ББК: 65 Инновационные подходы к повышению качества продукции АПК, И-66 21 марта 2012 г. г: материалы междунар. науч.- практ. конф. / Урал. гос. академия вет. медицины. – Троицк: УГАВМ, 2012. – 148 с. Редакционная ...»

«Чернышев В.Б. Экология насекомых Москва 1996 ББК 28.68 Ч47 УДК 574.001; 595.7.15 Рецензенты: кафедра энтомологии Санкт–Петербургского университета, чл.– кор. РАН, профессор Ю.И.Чернов, профессор Г.А.Мазохин–Поршняков Издание финансируется Российским фондом фундаментальных исследований Чернышев В.Б. Экология насекомых. Учебник. – М.: Изд–во МГУ, 1996 – 304 с.: ил. ISBN 5–211–03545–3 В учебнике рассмотрены основные принципы экологии насекомых, показаны особенности образа жизни насекомых, ...»

«Т.А.Работнов ИСТОРИЯ ФИТОЦЕНОЛОГИИ Москва Аргус 1995 ББК 28.58. Р13 УДК 581.55 Научный редактор д.б.н., профессор В.Н.Павлов Р13 Работнов Т.А. История фитоценологии: Учебное пособие. - М.: Аргус, 1995. - 158 с. ISBN 5-85549-074-2 В учебном пособии рассмотрены основные этапы развития фитоценологии, включая современный период, детально охарактеризовано совершенствование методических подходов к исследованию растительности, сделан обзор важнейших направлений этой науки в настоящее время. Автор, в ...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное образовательное учреждение высшего профиссионального образования Алтайский государственный аграрный университет Н.Е. Борисенко, О.В. Кроневальд ВЕТЕРИНАРНО-САНИТАРНАЯ ЭКСПЕРТИЗА ПРОДУКТОВ ВЫНУЖДЕННОГО УБОЯ ЖИВОТНЫХ, ПРИ ВЫЯВЛЕНИИ БОЛЕЗНЕЙ И ПРИ ИЗМЕНЕНИЯХ, ВОЗНИКАЮЩИХ В ПРОЦЕССЕ ХРАНЕНИЯ МЯСА Учебно-методическое пособие для лабораторно-практических занятий и самостоятельной работы для студентов и слушателей отдела ...»

«Федеральное государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Российский государственный аграрный университет – МСХА имени К.А. Тимирязева _ Студенческое научное общество имени Н.И. Вавилова 61-я СТУДЕНЧЕСКАЯ НАУЧНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ Секция ГЕНЕТИКА, СЕЛЕКЦИЯ И БИОТЕХНОЛОГИЯ 19 марта 2008 г. Сборник тезисов Москва, 2008 УДК 575:573.6:631.524 Сборник тезисов участников 61 студенческой научной конференции секции Генетика, селекция и биотехнология, состоявшейся 19 марта ...»

«ТЕХНОГЕННЫЕ ПОВЕРХНОСТНЫЕ ОБРАЗОВАНИЯ ЗОНЫ СОЛЕОТВАЛОВ И АДАПТАЦИЯ К НИМ РАСТЕНИЙ Пермь, 2013 МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования ПЕРМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ О.З. Ерёмченко, О.А. Четина, М.Г. Кусакина, И.Е. Шестаков ТЕХНОГЕННЫЕ ПОВЕРХНОСТНЫЕ ОБРАЗОВАНИЯ ЗОНЫ СОЛЕОТВАЛОВ И АДАПТАЦИЯ К НИМ РАСТЕНИЙ Монография УДК 631.4+502.211:582 ББК ...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ САРАТОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ Н.И. ВАВИЛОВА БИОТЕХНОЛОГИЯ: РЕАЛЬНОСТЬ И ПЕРСПЕКТИВЫ В СЕЛЬСКОМ ХОЗЯЙСТВЕ Материалы Международной научно-практической конференции К 100-летию СГАУ имени Н.И. Вавилова САРАТОВ 2013 УДК 579.64:60 ББК 30:40.5 Биотехнология: реальность и перспективы в сельском хозяйстве: Материалы ...»

«ФГБОУ ВПО Ульяновская государственная сельскохозяйственная академия Научно-исследовательский инновационный центр микробиологии и биотехнологии Ульяновская МОО Ассоциация практикующих ветеринарных врачей АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ИНФЕКЦИОННОЙ ПАТОЛОГИИ И БИОТЕХНОЛОГИИ Материалы V-й Всероссийской (с международным участием) студенческой научной конференции 25 – 26 апреля 2012 года Ульяновск – 2012 Актуальные проблемы инфекционной патологии и биотехнологии УДК 631 Актуальные проблемы инфекционной ...»

«РЕСПУБЛИКА АРМЕНИЯ МИНИСТЕРСТВО ОХРАНЫ ПРИРОДЫ НАЦИОНАЛЬНАЯ ПРОГРАММА ДЕЙСТВИЙ ПО БОРЬБЕ С ОПУСТЫНИВАНИЕМ В АРМЕНИИ ЕРЕВАН 2002 НАЦИОНАЛЬНАЯ ПРОГРАММА ДЕЙСТВИЙ ПО БОРЬБЕ С ОПУСТЫНИВАНИЕМ В АРМЕНИИ Руководитель Программы: Вардеванян Ашот Ответственный редактор: Балоян Самвел Консультант: Дарбинян Нуне Министерство охраны природы Республики Армения выражает глубокую благодарность Программе окружающей среды Организации Объединенных Наций (UNEP), Секретариату Конвенции ООН “По борьбе с ...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА И ПРОДОВОЛЬСТВИЯ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ ОБРАЗОВАНИЯ, НАУКИ И КАДРОВ Учреждение образования БЕЛОРУССКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННАЯ АКАДЕМИЯ АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ИНТЕНСИВНОГО РАЗВИТИЯ ЖИВОТНОВОДСТВА Сборник научных трудов Выпуск 15 В двух частях Часть 1 Горки БГСХА 2012 УДК 631.151.2:636 ББК 65.325.2 А43 Редакционная коллегия: А. П. Курдеко (гл. редактор), Н. И. Гавриченко (зам. гл. редактора), Е. Л. Микулич (зам. гл. редактора), Р. П. ...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ САРАТОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ Н.И. ВАВИЛОВА Факультет электрификации и энергообеспечения АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЭНЕРГЕТИКИ АПК Материалы III Международной научно-практической конференции САРАТОВ 2012 УДК 338.436.33:620.9 ББК 31:65.32 Актуальные проблемы энергетики АПК: Материалы III Международной научно практической ...»

«А.Я. Ала РОЛЬ ГОРИЗОНТАЛЬНОГО ПЕРЕНОСА ГЕНОВ В СЕЛЕКЦИИ A. Ya. Ala ROLE OF HORISONTAL TRANSFER OF GENES IN SELECTION Российская академия сельскохозяйственных наук Russian academy of agricultural sciences Всероссийский научно-исследовательский институт сои All-Russian Soybean Research Institute А.Я. Ала A. Ya. Ala РОЛЬ ГОРИЗОНТАЛЬНОГО ПЕРЕНОСА ГЕНОВ В СЕЛЕКЦИИ ROLE OF HORISONTAL TRANSFER OF GENES IN SELECTION Благовещенск, ПКИ Зея, Blagoveshchensk Zeya, УДК 633.853.52:631. ББК 41. А Ала А.Я. ...»

«Алтайский государственный технический университет им. И.И. Ползунова Сельский туристский бизнес в Алтайском крае Учебное пособие Барнаул • 2009 УДК 379.85 ББК 65.9(2Рос– 4Алт) 497.58 С 279 Авторы: А.Н. Дунец, В.В. Исаев, Н.В. Биттер, Л.И. Донскова, В.С. Ревякин, В.С. Бовтун, Т.Г. Петракова, О.Ю. Герасимова, Е.Л. Панин, А.В. Косицына Рецензент кандидат педагогических наук, доцент С.А. Гокк С 279 Сельский туристский бизнес в Алтайском крае : учебное пособие / под ред. А.Н. Дунца. – Барнаул : ...»

«Василий Скакун ВСЁ, ЧТО БЫЛО НЕ СО МНОЙ, ПОМНЮ. Ставрополь АГРУС 2013 УДК 82-3 ББК 84(2Рос=Рус)6 С42 Скакун, В. Всё, что было не со мной, помню. / Василий Ска- С42 кун. – Ставрополь : АГРУС Ставропольского гос. аграрного ун-та, 2013. – 224 с. ISBN 978-5-9596-0870-5 Каждый здравомыслящий человек, обозревая вокруг себя людей с абсолютно разными чертами характера, рано или поздно просто обязан прийти к разгадке этой тайны. Мы жи вём множество жизней, накапливая в каждой тот или иной опыт – ...»

«Федеральное агентство по образованию Российской Федерации Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Ивановский государственный химико-технологический университет Т.К. Акаева, С.Н. Петрова Основы химии и технологии получения и переработки жиров Часть 1. Технология получения растительных масел Учебное пособие Иваново 2007 1 УДК 664.34.002(075) Акаева Т.К., Петрова С.Н. Основы химии и технологии получения и переработки жиров. Ч.1. Технология получения ...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ КУБАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Кафедра общей биологии и экологии И.С. Белюченко, О.А. Мельник СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННАЯ ЭКОЛОГИЯ (учебное пособие) Краснодар, 2010 УДК 631.95 ББК 28.081 Б 43 Белюченко И.С., Мельник О.А. Сельскохозяйственная экология. Учебное пособие. – Краснодар: Изд-во КГАУ, 2010. 297 с. Рассматриваются основные проблемы сельскохозяйствен ной (агроландшафтной) экологии: динамика развития окульту ренных ландшафтов, ...»






 
© 2013 www.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.